Marauder's Map: What you always wanted to know about 1976

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauder's Map: What you always wanted to know about 1976 » Настоящее » 3.12.1976: Афера под прикрытием


3.12.1976: Афера под прикрытием

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

» участники эпизода
Доркас Медоуз, Эммелина Вэнс, Эстер Голдштейн.
» время и место действия
Лютный переулок, 3 декабря 1976 года, пятница, 18:00.
» краткое описание эпизода
В день сорокалетия миссис Вэнс троица авроров-удачников отправляется на операцию под прикрытием в Лютный переулок, чтобы вызнать, не найдутся ли среди барыг подельники Флетчера, да ещё каких сплетней-толков. А легилимента Эстер взяли тоже не просто так.

+1

2

Сегодня Эммелине Вэнс исполнялся гордый сорокет. Точнее, уже исполнился: родилась она утром, как и положено такой ранней пташке. Впрочем, жаворонком, точнее, круглосуточно кукующей кукушкой, Вэнс стала не с самого рождения, а после того, как стала матерью погодок, а потом, будто ей этого счастья было мало, ещё и в аврорат устроилась. С той поры спокойный сон ей только снился, и она скакала по полям, лесам, лугам и всяким злачным переулкам даже в такое прекрасное время, как её собственный юбилейный день рождения.
Старой Вэнс себя не чувствовала, а вот голодной — очень даже.
В штабе наводили последние штрихи приготовления. Оборотка, ведомственная, под бумажку, на рожи парочки обитателей Лютного из тех, что уже давно там не мелькали, была выдана начальством заранее, и теперь дамам предстояло выпить её до дна за здоровье именинницы и отправиться, наконец, в рейд по Лютному. Однако начальству необязательно было знать, что на этот праздник жизни пригласили ещё и Эстер Голдштейн, пока ещё только первокурсницу академии авроров. Но сегодня девочка была особенно нужна бодрому дуэту Вэнс и Медоуз, поэтому они и решили, что в день рождения человеку можно простить немножечко нарушения правил. "Муди простит", — подумала Вэнс вместо того, чтобы подумать, что простит, конечно, бог.
— Так, быстренько пьём эту гадость, я загадываю желание — больше никогда не работать в свой день варенья — и торопливенько собираемся, — бодро скомандовала Вэнс. — Я бы ещё хотела увидеть сегодня детей или хотя бы мужа. Ну или кошка тоже сойдёт, нацеплю на неё шапочку и сделаю вид, что она поёт мне хэппи бёздэй.
Вэнс отсалютовала стакашкой и проглотила мерзкую на вкус жидкость. Брр! Какая гадость эта ваша заливная оборотка, лучше бы рыбы дали. Да уж, поесть Вэнс бы не отказалась, но времени на это толком уже не было. Всё на бегу, вся жизнь! Бутерброд бы какой перехватить, а...
— Эстер, ты запомнила? — она внимательно посмотрела на девочку. — Ты нам нужна, чтобы слушать чужие мысли, так что сосредоточься. Мы будем спрашивать, а ты — слушать. Главное, ничего не говори, вообще прикинься глухонемой, если что, мы сами всё остальное сделаем. Если вдруг какая опасность, аппарируешь сразу, не ждёшь нас. Поняла?
Эммелина сурово сдвинула брови, которые уже превращались совсем не в её брови, что выглядело ещё суровее.
— Мать моя женщина, да у этого чувака совсем плохо со зрением... — произнесла Вэнс уже совсем не своим голосом.

+4

3

Тот факт, что Эстер Голдштейн отправлялась на уже второе в жизни настоящее задание аврората, мог свидетельствовать о двух вещах: миссис Медоуз и миссис Вэнс успели заложить за воротник в честь сорокалетия последней (или просто пребывали в прекрасном настроении по сему поводу), или же в прошлый раз всё прошло не так плохо. На самом деле, девушка была почти довольна тем, что справилась с целым преступником, а прочтя его мысли помогла поймать ещё одного — последнего из ни разу не великолепной четвёрки браконьеров-неудачников.
Единственное, что её смущало, так это мордобой, который учинила юная волшебница, разом забыв не только разученные на курсах авроров заклинания, но и все, по ходу дела, заклинания вообще.
И всё же успешно выполненное — не так и важно, каким образом — задание значительно лучше, чем ничего, а потому девушка чувствовала себя достаточно уверенной в своих силах.
Но правильнее бы, конечно, в том, что стажёрам первого года на заданиях нечего делать. В тот раз, к концу переставшего быть томным вечера, Эстер даже на собственном примере показала, почему: низкий уровень практики, высокий уровень риска. Но она ведь не трусиха какая-нибудь! Здравый смысл, конечно, подсказывал, что бежать впереди паровоза — затея дурацкая, но ведь наставницы ей сами предложили.
Наверное, не потому, что возжелали обратно нести её труп. Словом, Голдштейн твёрдо намеревалась отправиться с ними, и лишь упавший на голову кирпич мог бы заставить её передумать.
А кирпич, как известно, просто так никому на голову не падает.

Тем более, что миссис Медоуз и миссис Вэнс не закладывали за воротник прежде, чем решить взять её с собой. Почему Эстер была так в этом уверена? Да потому что они делали это только сейчас, и в стаканах их было совсем не сливочное пиво. А ещё девушка совсем небезосновательно подозревала, что и не любой другой опьяняющий напиток (просто другие ей раньше пробовать не доводилось): несло из их стаканов просто отвратительно.
Когда ей сказали, что это оборотное зелье, Голдштейн подумала, что пахнет оно так затем, чтобы человек сто раз подумал, далось ли ему перевоплощение вообще.
Увидев, что они на самом деле это пьют, девушка невольно поморщилась и порадовалась, что ей сегодня это «удовольствие» не светит.
— Да, я всё поняла, миссис Вэнс, — помнится, прошлые приключения начались примерно с этой же фразы, но давать другой ответ было бы глупо. — А если я почувствую, что нам врут? — задала Эстер вполне закономерный, по собственному мнению, вопрос. В ответ на «аппарируешь» она молча кивнула, думая о том, что с её «талантами» (а на деле — неуверенностью в себе) аппарация может быть более опасной авантюрой, чем стычка с преступниками.
С интересом наблюдая, как наставницы из красивых женщин превращаются в далеко не таких красивых мужчин, девушка не могла не задать ещё один вопрос.
— А никому не покажется странным, что я иду с вами? В смысле, когда вы... в таких обликах. Даже если я притворюсь глухонемой, к нам ведь могут возникнуть... вопросы, — девушка, конечно, сомневалась, не глупый ли это вопрос, но всё же предпочла спросить сейчас — не когда будет поздно.

+4

4

- Теперь ты - сорокалетняя старая вешалка, - философски сказала Доркас, разглядывая новообретённую личину Эммелины. Работа под прикрытием, Лютный, начало декабря - всё, как они и любили. Чёртовы Лестрейджи пожрали всю школьную капусту, так сказать, со своим сейфом, приходилось выкручиваться, в том числе и внешне. Свою дозу "за здоровье" Додо уже проглотила, и теперь в зеркале отражался так себе мужик пятидесяти лет с интеллигентным лицом самого тёмного волшебника на свете, не считая Того-Кто-Уже-Успел-Порядком-Поднадоесть.
- С днём рождения, красотка. Пойдём уже скорее, мне ещё к Министру возвращаться после этого дерьма, для которого я пока ещё не слишком стара... А, Голдштейн, ты почему ещё ты? Пей, - сурово припечатала Доркас, сдвинув брови. Получилось, наверное, очень грозно, хотя испугать стажёрку тётенька аврорша совсем-совсем не хотела, да и управлять этим дивным баритоном пока не привыкла. А жаль.
- А то чего это мы с тобой да, а наша надежда, опора и компас земной нет? Пусть тоже пойдёт под обороткой. Глухонемая - это не хорошо, но её же никто не должен узнать.
Внутренняя подозрительная богиня у Доркас активно чесала задницу, а внутренний подозрительный Аполлон - яйца. Уж больно ей не нравилось превращаться в мужика, хотя уже как месяц почти (почти - ключевое) она жила в теле помощника маггловского премьера.
А ведь она за него голосовала...

+4

5

— Куда деваться, — согласилась Эммелина с Додошкой, потому что ну что есть, то есть. Насчёт вешалки немного не того, а вот что старая и сорокалетняя — так в яблочко. Эх, ещё бы вешалкой...
— Если почувствуешь, что врут, то маякни как-нибудь. Ну ээээ... мнэээ... Не знаю. Давай условный сигнал. Вспомни про яблоньки в саду у твоей пра-пра. Что-нибудь фруктовое.
Потому что от фруктовенького Эммелина бы не отказалась, и желательно, чтобы этим фруктовеньким был самый что ни на есть торт со сливками из разряда «смерть фигуре». Хотя чему там помирать, и так уже остатки былого великолепия еле дышат.
— Куда она денется, конечно пойдёт, — отозвалась Эммелина почти оскорблённо. Тётке бахнул сорокет — конечно она помнила про Пэ Бэ и прочие заветы людей из эры динозавров!
— Так что теперь пей до дна за моё здоровьице, — ласково попросила Эммелина. Третий стаканчик, конечно, ждал и Эстер, только ей, видимо, пока ещё не удалось привыкнуть к подобным аппертивичкам перед вылазками на природу, где паслись самые что ни на есть тёмные личности.
— И потопали. Аппарируем к самой окраине, там пошаримся, направляемся к Виверне, — проинструктировала Вэнс. — Не глазеем, — это уже было для Эстер, — потому что это подозрительно. Хочешь посмотреть, сделай вид, что прицениваешься к какой-нибудь ерунде и готовишься торговаться. Ну или глаз положила на что-то, что плохо лежит. Всегда так делаю.
И правда, это было даже особое удовольствие: намекнуть потоньше, что какую-нибудь ерунду ты бы украла с удовольствием. Работа в сфере правопорядка тягать что-то у почти честных граждан не позволяла (а то они ж налоги платют, будут ещё требовать правосудия за свои сиклики!), но вот глазеть можно было сколько угодно. Этим делом надо было наслаждатся, пока дают.
Аппарация из штаба аврората наружу работала как часы, потому что авроры постоянно таскались то туда, то сюда. А вот внутрь хрен заберёшься — опасно. Поэтому Вэнс и не любила возвращаться в штаб, слишком долго надо было пилить в лифте. А так рраз — и готовенько. И ты в святая святых преступного мира.
— Р-р-романтичненько, — гулким баском выдала Вэнс, оказавшись на месте. — Потопали, камрады.

+4

6

В Лютном переулке было непривычно тихо: ни криков, ни ругани, ни оживленных разговоров. Было слишком рано для завсегдатаев, любивших околачиваться в тавернах, пабах и прочих законных и не очень заведениях, расположившихся на этой грязной улочке. И слишком поздно для тех из волшебников, кто мнил себя приличным, но все равно иногда снисходил до того, чтобы обратиться за помощью к кому-то из обитателей Лютного переулка.
Неподалеку от того места, куда аппарировали авроры, ошивалась драная, облезлая кошка самого бандитского вида. С рассеченным ухом и продольными едва затянувшимися шрамами на морде она казалась тотемным животным, живым воплощением всего того, что исходило на этой магической улице. Грозно глянув на появившихся из воздуха женщин, кошка угрожающе зашипела, поспешно подхватила валявшуюся неподалеку тухлую рыбью голову и с неожиданным проворством бросилась куда-то в сторону, скрывшись в темном проулке, ответвлявшемся от Лютного переулка. Трудно было даже представить, какие опасности могли поджидать мага, случайно свернувшего туда. Не так давно, меньше месяца назад, именно в этом зловонном тупике был найден труп Бэзила Харпера.
Сзади послышался хриплый кашель и чьи-то шаркающие шаги. Оглянувшись, женщины могли увидеть приближавшуюся к ним сгорбленную старуху, похожую на тех ужасных ведьм, что так любят изображать в своих книжках магглы.

Отредактировано Metamorphmagus (2018-05-09 21:21:09)

+4

7

С одной стороны, все уточняющие вопросы следовало задавать на берегу, но с другой — далеко не факт, что все они придут на ум именно на берегу. И вообще Эстер втайне немного переживала, что если будет много спрашивать — наставницы решат не брать её с собой.
Кто им в этом случае будет мысли чужие читать, мисс Голдштейн как-то не подумала.
— А как я напомню о яблоньки, если я глухонемая? — в голосе нет иронии: Эстер хотелось справиться с этим заданием лучше, чем с первым, а потому сейчас ей не до шуток.
К тому, что миссис Медоуз и миссис Вэнс велят своей юной подопечной тоже выпить оборотное зелье, последнюю жизнь явно не готовила. Девушка удивлённо посмотрела сначала на своих наставниц, а потом и на третий стакан с противным как минимум на вид и запах варевом. Нет, похоже, они сейчас не пошутили.
Тем более, юная волшебница сама только что поинтересовалась, не покажется ли странным, если в Лютном переулке она объявится, как есть. Да, в обществе преобразившихся миссис Медоуз и миссис Вэнс Эстер Голдштейн — элегантно одетая белокурая симпатичная девушка — смотрелась бы очень странно.
Весь Лютный переулок сбежится посмотреть, а к чему им аншлаг? Ни к чему.
Пить придётся. Собравшись с духом и задержав дыхание, девушка взяла стакан и, ещё и зажмурив глаза, на всякий случай, залпом выпила зелье. Вкус был мало сказать препротивный — ужасный и мерзкий.
Эстер чуть не вырвало. Инстинктивно разжав пальцы, стакан она выронила, после чего согнулась в три погибели. Из глаз брызнули слёзы, и мисс Голдштейн не исключала, что сейчас умрёт.
Ужасно стыдно: её наставниц-то так не корёжило! Скривились чуть-чуть, да и ладно.
Девушка чувствовала, что её тело вытягивается, немного раздаётся вширь — послышался треск платья из-под мантии. Пожалуй, смотреть в зеркало она пока не будет.
Кивнув миссис Вэнс в ответ на приказ не глазеть, Эстер твёрдо намеревалась ему последовать, хотя это и был её первый визит в Лютный переулок. И, оказавшись ростом выше обеих своих спутниц, упорно притворявшихся спутниками, она всё же осматривалась, хотя и старалась делать это небрежно.
Увидев приближавшуюся к ним старуху, Голдштейн вздрогнула: ох и жуткий же вид у неё! В следующую секунду, впрочем, девушка едва не спросила, не нужно ли этой старухе помочь, но открыв было рот спохватилась: едва ли долговязый мужик, личину коего она явила миру, отличался воспитанностью.
Так что Эстер так и осталась стоять на месте, как оцепеневшая, вытаращив на старуху глаза, а в них нет-нет, да порою мелькал призрак паники. Мисс Голдштейн, тем не менее, оставалась собой и прислушалась к мыслям старухи.
Что же, это явно был не Рудольфус Лестрейндж: окклюменцией, очевидно, она не владела.

Отредактировано Esther Goldstein (2018-05-11 16:55:56)

+3

8

[icon]http://funkyimg.com/i/2Gpxh.jpg[/icon]- Ты не глухонемая, значит, а просто молчаливая. Молчаливый Джонни, - насмешливо (на самом деле нет, просто личность у мужика уж больно тёмная!) пояснила молодой стажёрке Доркас ещё до того, как троица аппарировала в Лютный переулок и успешно для себя и окружающих слилась с окружающей средой. Вокруг ничего необычного: обычный британский пятничный вечер, три мужика трутся в переулке, какая-то карга чапает по направлению к ним, пытаясь подкрасться с необозначенной целью со спины. Ох, нельзя, нельзя к Додо со спины - ей ещё не сорок, сорок кое-кому другому, но это не делает бравую авроршу менее нервной. Скорее, даже более - ведь что там, впереди, около сорокета - неизвестность?...
Мужик, которым сегодня была Доркас снаружи (внутри у неё всегда жил суровый директор Йоркширговнозавода), обладал дивным по полезности восьмым чувством. Он оборачивался интеллигентно, красиво, засмотришься - и в то же время быстро. А уж взгляд-то... Так смотрят обычно те, кто спасает из-под рельсов мчащегося поезда одного человека, а не пятерых.
- А что, мадам, есть ли невесты в ваших краях? Доброго тебе вечера, - начала Доркас приятным баритоном, небрежно стильно засовывая указательные пальцы в карманы мантии - слегка по-пижонски, слегка по-молодёжному. Тело было приличное - ему этот простой жест шёл.
Ну, если бабка ответит "кому и кобыла невеста" - сработаются, ей-Мерлину сработаются!
- Погодка-то дивная. Зим-а-а, холода-а-а... На лирику настраивает... - философски присовокупил мужик-личность. Он был готов и магический отпор дать, и продолжить чайную пятичасовую (шести!) беседу.

+3

9

— Жестами! — выпалила Эммелина, не успев даже обдумать поступивший запрос. — Короче, Джонни, пора работу работать.
Видок у троих бравых аврорш был тот ещё, выглядели они настолько колоритно, насколько колоритен был весь Лютный переулок сам по себе. У Доркас на лице застыло престранное выражение, а у Эстер — даже смешное, с дядькой, которым она перевоплотилась, оно не особенно вязалось, но Эммелина была уверена, что в Лютном всем сильно плевать на их видок, лишь бы не отсвечивали слишком сильно. А не отсвечивать они с Додошкой за годы своей авроратской карьеры уже научились, как и пить оборотное зелье, не морщась, на брудершафт.
— Кыссс-с! — скомандовала Эммелина кошке, потому что сейчас она чувствовала себя вполне себе кошконенавистником (прости, Жоржетта!), видимо, сказывалось влияние волшебного зельица. Вообще-то должно было получиться "кыш", но её нынешняя оболочка явно страдала фефектами фикции, поэтому и не вышло. Эммелина решила не расстраиваться и делать вид, будто так оно и надо — не всем быть ораторами! Надо посмотреть, не заикается ли, а то вообще джекпот словила...
Она готова была уже поделиться мыслью со своими спутницами, но не успела, да и слава Мерлиновым подштанникам: когда кошка их оставила, к ним тут же поспешила очередная обитательница Лютного — наверное, привлечённая харизмой трёх бравых мужичонок с самой окраины. Эммелина не заметила её сразу, потому что отвлеклась на кошку, но повернулась, когда к ней обратилась Доркас в своей бодрой манере. Или в манере своей новой тушки на сегодня?
— Сссс-драсссс-ть, — просвистела Эммелина. — Давненько я не захашшш-ивал. Чего, родимая, исс-волишь?[icon]http://funkyimg.com/i/2GNdk.jpg[/icon]

+2

10

Старая ведьма недружелюбно глянула на трех вставших у нее на пути «мужчин» и недовольно хмыкнула, не спеша с ответом. Она оценивающе осмотрела их, словно решая достойны ли они чести говорить с ней, и наконец сердито проскрипела: «Вечеер! Здороваться вас с пожилыми людьми, видимо, мамки не учили!» Она громко стукнула клюкой по брусчатке, требуя уступить ей дорогу.
– Невест им подавай! Это каких же невест ты тут искать собрался?! – грозно ткнув крючковатым пальцем в Доркас, превратившуюся в молодцеватого вида мужчину, прошипела она. – Знаем мы, за какими невестами в такие места ходююют! Совсем распустилась молодежь! Вот в мои-то времена, знаешь, какие мужчины были? – она развернулась к Эстер и презрительно прищурилась. – Не чета вам! Усы во… – она махнула рукой куда-то в сторону, очевидно, пытаясь показать размер этих самых дивных усов.
«Вот Джеймс был красавец, а эти…» – вспоминая давно минувшее прошлое, подумала она, представив кого-то из своих покоившихся в сырой земле кавалеров.
– А ты мне нравишься! – она глянула на Эммелину и игриво подмигнула.
«Иээх… Лет бы двадцать скинуть», – ведьма грустно вздохнула, потерла поясницу и сурово добавила: «Пройти-то дадите?»
«Ходюют тут всякие. То к Бёрку хит-визарды придут, то в кабаке драка, то банк ограбят. Нет порядка, нигде нет», – мрачно подумала она, хмуро рассматривая авроров.
[icon]http://sh.uploads.ru/z2rT8.jpg[/icon]

+3

11

Молчаливый Джонни, под личиной которого скрывалась вполне себе разговорчивая мисс Голдштейн, уставился на старуху, едва ли не действительно лишившись дара речи. Для Эстер, всегда следившей за своим внешним видом, просто катастрофически жутко услышать, что ей кто-нибудь там не чета. Конечно, сейчас девушка мысленно повторяла, что она буквально не в себе, но не сказать, чтоб это помогало.
Хотя быть красавцем, как Джеймс, волшебнице уж точно не хотелось. Наверное, стоило из вежливости спросить о нём... В последний момент волшебница одёрнула себя: старуха ничего о нём не говорила. Вслух.
Будет глупо в первые пять минут дать понять, что она легиллимент — прахом пойдёт изменение облика, да и вообще всё это слегка сомнительное предприятие.
Сомнительное потому, что мисс Голдштейн здесь и вовсе быть не должно, например. И пока все мысли, что она прочла (то есть, мысли старухи), были чуть более, чем совершенно бесполезными для дела.
Наверное, Эстер рассчитывала, что кто-то в этом мерзком месте обязательно подумает о преступлениях, и девушка без труда укажет на него наставницам, однако реальность оказалась, как это часто бывает, в разы прозаичнее. Из всего, что пришло в голову старухе, интерес могло представлять лишь ограбление: хит-визарды у Бёрка — скучно, и нечего аврорам там расследовать, а драки в кабаке, небось, случаются по сотне раз за вечер.
Не разнимать же пьяниц они сюда пришли, в конце концов.
— Говорят, у вас тут банк ограбили? — раздался не слишком заинтересованный голос Джонни, которого, вероятно, вообще звали не Джонни, но он всё равно теперь мисс Голдштейн, так что ладно.

Отредактировано Esther Goldstein (2018-07-31 13:22:37)

+3

12

- А що, ушш и невест не поишши, - пробурчал улыбчивый мужик, в которого перевоплотилась Эммелина. И правда, кому и кобыла невеста! Нужно быть оптимистами! Она разглядывала бабушенцию как можно более ненавязчиво, но и при этом не особенно стеснялась, потому что тут такие игрища точно никто бы не оценил.
Эммелина, точнее… эээээ, как этого шепелявого звали-то?! Надо было срочно придумать ему имя, а то некошерно. Хм, пускай будет Бадди. Выглядел он очень дружелюбно, настоящий Бадди. В общем, Бадди получил от обитательницы Лютного комплимент и был страшно этим фактом доволен.
- А ты тошше ничего, красавица, - молодцевато подыграл Бадди и прищёлкнул зубом. Вот это вот круто, вот так Эммелина точно всегда хотела уметь! Эх, вот не попробуешь всё в жизни, так и не узнаешь, что, оказывается, под оборотным зельем ты вон какой добрый молодец.
Их собеседница уже собиралась уходить, как Эстер (точнее, Джонни, который должен был быть немым, но не был, потому что это был бы провал по всем пунктам) неожиданно подала голос. Эммелина поняла, что просто так она бы голос подавать не стала, она, наверное, вообще до полусмерти перепугана тем, что они её невесть куда притащили и вообще превратили в большого мужика. Эммище, не будь дурищей, поняла, что это знак, что тему надо развивать, поэтому бросила быстрый хитрый взгляд на Додошку и скрестила руки на груди.
- Да куда шш ты торопишшься, мил человек, - запела она старой ведьме в уши. – Постой, раскашшши, как тут у вас. Банк, вон, грабанули, а? Небось из нашших кто.
И задумчиво почесала тонкими длинными пальцами висок.
- Давненько мы тут не были, дааа, - протянула она многозначительно. - Работа, понимаш.
[icon]http://funkyimg.com/i/2GNdk.jpg[/icon]

+3

13

- У нааас тут банка нет! – подозрительно прищурившись, протянула старуха, не понимая, чего эти три странных незнакомца прицепились к ней, чего это им от нее понадобилось: по про невест, то про банки, то про обитателей Лютного расспрашивали, словно выискивали что-то или кого-то.
«Уж не ворье ли они часом? Или перекупщики?» - нахмурившись, подумала женщина и осторожно почесала нос, не зная, что ответить. Лютный переулок был местом с очень дурной славой, где ошивались не самые приятные и безобидные личности, поэтому не следовало ссориться с кем попало. Внезапно ей вспомнился Бэзил Харпер, не так давно убитый неподалеку от этого самого места. Ведьме стало не по себе, но вида она не подала.
- Наши – ваши, кто их знает, - пожав плечами, произнесла старуха. – Уж точно не магглы! – она хрипло хохотнула, не дожидаясь того, оценят ли навязчивые собеседники ее шутку. Если у них было что-то не так с чувством юмора, то это было точно не ее проблемой.
- Кхе-кхе!  - ведьма закашлялась, постучала себя костлявой рукой по груди и вновь подозрительно оглядела встретившихся ей мужчин. – Говорят, там асы поработали, не чета нам. Да оно и понятно, Гринготтс жиии… А вы что интересуетесь? Лучше бы в «Белой Виверне» поспрашивали, а не к старухе приставали. Кхее – кхее… Молчание – золото. Шайверетча вон арестовали. Небось сболтнул кто-то что-то, - она неодобрительно покачала головой. – А вы кем работаете? Кто такие? – бесцеремонно поинтересовалась она.
[icon]http://sh.uploads.ru/z2rT8.jpg[/icon]

+2

14

По всей видимости, наставницам Эстер было вполне комфортно в образах завсегдатаев пабов Лютного переулка: миссис Вэнс даже заговорила о невестах! Девушке кое-как удалось сдержать смех. В общем-то, у Джонни не было причин не рассмеяться, но волшебница почему-то решила, что это будет подозрительно. Хотя, если подумать, всё наоборот, и сейчас она выглядела слишком напряжённой для обыкновенного выпивохи. Или в кого она там перевоплотилась.
Старуха приняла их не то за воров, не то за перекупщиков, и мисс Голдштейн это оскорбило. Однако, в последний момент она одёрнула себя, чтобы не начать возмущаться: ни к чему окружающим знать, что она может прочесть их мысли. Людей с таким даром, как у Эстер, можно по пальцам перечесть, двух хватит — ни к чему обзаводиться славой раньше времени. Особенно в таком злачном месте, как это.
Об ограблении «Гринготтса» старуха практически ничего не знала: похоже, им и впрямь придётся поспрашивать в другом месте. Обстановка, на первый взгляд, гораздо менее опасная, чем в прошлый раз, но из-за этого задания девушка волновалась сильнее. Здесь мордобоем не отделаешься.
— Мы... мы зоологи, — нашлась она, решив, что это враньё самое подходящее: дедушка Ньют много рассказывал ей о магических зверях, а несколько раз даже брал в небольшие экспедиции! — Зверушек, знаете ли, разных изучаем. Опасных очень даже, ууу! — наверное, изречений умнее с губ условного Джонни никогда не слетало, но Эстер всё равно чувствовала себя клоуном в маггловском цирке.

Отредактировано Esther Goldstein (2018-08-29 15:25:59)

+2

15

— Агась! Мы их эт самое... ис-сучаем как следует, а потом нуш-шным людям-то к столу и это самое! — загоготал Бадди. Джонни нёс ахинею, и Джонни надо было тормозить, потому что опасными зверушками и их изучением старушек в Лютном не напугаешь, а вот намекнуть, что контрабандой промышляешь — это уже похоже на что-то, что может заинтересовать человек подобной наружности, как их таинственная новая знакомая. Может, почувствует какое-никакое уважение к бродягам.
— Хочешь, крас-савица, и тебе кого-нибудь подарим. Редкого, опасного, очень даже. Ууу! — передразнил Бадди товарища. Эстер как-то резко перестала проявлять интерес к старухе, и Эмма поняла это, как знак двигаться дальше. Она бросила быстрый взгляд на Додошку и чуть было не подхватила её под ручку, очень вовремя вспомнив, что они сейчас под личинами очень своеобразных мужиков, и выглядеть это будет некруто. Совсем некруто.
— Ладно, што-то ты, крас-савица сс-совс-сем нерас-сговорчивая, — прошепелявил Бадди. — Пойдём мы дальш-ше. Выпьем, в самом деле, огневисс-ски. Ах бу-ты-лоч-ка, ма-а-а-а-а-я лю-би-ма-я-я-я-я.
Эмка затянула песенку настолько фальшиво, что настоящий мотив было и не узнать вовсе. Она бросила быстрый взгляд на Джонни, чтобы собирал себя в руки и шёл за ними. Доркас её поняла и без слов.
— Ну ты эт, — кинула она старушке. — С-с-саходи, если ш-што. Мы в «Виверну» пойдём. Пропивать гонорары.
И, гоготнув, торопливо направилась в сторону паба. Впрочем, старуха оказалась немножко полезной, в плане, что правдивые факты слила: Шайверетча действительно арестовали, только вот сделали это люди, которые как раз в этот момент находились перед ними.
— Ж-жонни, — произнесла она по-прежнему весело, когда они отошли от старухи. — Ты это самое, поосторош-шнее с расскас-сами о себе.
Тьфу, звучало-то как потешно, вот не то что Эммелина Вэнс нотации читает, а этот свистящий голосок вообще прямо смех да и только!
— В пабе усиленно с-слушай. Ес-сли ничего не ус-слышишь за первый круг огневис-ски, пойдём отс-сюда. И да, готовьс-ся. Плохие парни пьют огневис-ски.
С этими словами она ласково подтолкнула воспитанницу внутрь и направилась к стойке, молодцевато здороваясь со всеми подряд и заказывая огневиски тоже всем подряд. Так, для развязывания языков и мыслей.[icon]http://funkyimg.com/i/2GNdk.jpg[/icon]

+2

16

В «Белой виверне» было шумно, но еще не очень многолюдно. Завсегдатаи паба подтягивались обычно ближе к вечеру, когда ночная темнота окончательно поглощала Лютный переулок, а масляные и магические фонари, вразнобой освещавшие улочку, становились похожи на размытые желтые пятна, безрезультатно пытавшиеся побороть надвигавшуюся, всепожирающую ночь.
- Значит, огневиски за Ваш счет всем? – подозрительно прищурившись и оценивающе взглянув на молодцеватого мужчину, в которого трансформировалась Эммелина, с долей сомнения уточнил бармен. – Правило знаешь, сначала деньги – потом выпивка, - мрачно напомнил он.
«А то потом стрясай с вас всех монеты», - недовольно подумал волшебник, привычным движением протирая белоснежным полотенцем граненый стакан.
- А вы что пить будете? Тоже огневиски? Или, может быть, ром, эльфийское вино, эль, сливочное пиво? – назвав последний «детский» напиток, бармен презрительно усмехнулся, радуясь своей незатейливой шутке: он нисколько не сомневался, что посетители выберут что-нибудь покрепче. – Вчера из Америки доставили веселящую воду. Очень советую, - безэмоционально предложил он.
- А ты мне поверь… - донесся из зала чей-то возмущенный крик. – Фестралы существуют! Мне дед рассказывал! Или ты его мнение не уважаешь?
Бармен покосился в сторону разоравшегося седоволосого волшебника, безрезультатно пытавшего убедить своего полупьяного собеседника в правдивости своих россказней, и вновь вопросительно пострел на замаскированных авроров.
«Я его люблю, а он на меня внимания не обращает…»
«И сколько я теперь ему должен? Кажется, десять галлеонов».
«Не забыть… не забыть… что там она хотела?»
«Найдут они грабителей, как же! Держи карман шире!»
«А я все равно не женюсь на ней! Пусть ее папаша пусть хоть в Визенгамот идет!»
«Тед опаздывает, драккл его дери!»
«Еще только седьмой час, а он уже надраться успел…»
Бессвязный поток чужих мыслей разливался в зале, увы, услышать его было дано не каждому.

+1

17

[icon]http://funkyimg.com/i/2Gpxh.jpg[/icon]После разговора со старухой, которая послала всю троицу в "Виверну", Доркас как-то не особенно чувствовала прилив вдохновения. Бабка была страшная, как попадание под сокращение, но не в плане страха - тут-то аврорша не боялась никого и ничего. Просто эстетически смотреть на это чучело, когда трещал собственный брак, не хотелось... Но приходилось. Поэтому она просто молчаливо кивала, мотая на ус, что скажет им ходячий свидетель первого преступления Джека-Потрошителя.
Ну, "Виверна" - так "Виверна".
- Э, - осадила она Эммелинище.
- Ребёнок будет делать вид, что пьёт. А то нам с тобой Муди воронку вставит в заднюю дверцу и... - она махнула своей мужской лапищей, задев какого-то детину. Тот канонично возмутился, но Доркас кинула на него такой суровый взгляд, что ирландской дракой пахнуть прекратило. Гомон в "Виверне", конечно, порядочно донимал и мешал размышлять, но Додо и не в таких дырищах проводила лучшие вечера.
- Что слышно на фарватере? - обратилась она к Эстер.
- Ты, - ткнула в бармена.
- Три огневиски. Двойных, - уточнила она максимально интеллигентно в реалиях заведения. А потом очень громко подумала, глядя на Эстер:
"Будешь пить по-настоящему - будешь разгребать бумажки!"
- Что слышно? - теперь уже вслух. Страшенный толстый официант притащил им три стакана с отбитыми краями, в которых булькало веселье. Ну - или похмелье. Каждому, как говорится, своё, но кому-то и моё тоже.

+1

18

И никакое не «увы», что это адское месиво из мыслей посетителей «Белой Виверны» не могло вторгнуться практически ни в чьё сознание. После того, как на улице миссис Вэнс (это же была она, не миссис Медоуз?) посоветовала быть осторожнее, Эстер твёрдо решила прикинуться если не немым Джонни, то, как и договаривались, весьма неразговорчивым: ей совсем не хотелось испортить свою первую операцию под прикрытием.
А то ведь больше никуда не возьмут.
О том, что могут произойти вещи и пострашнее, девушка как-то не задумывалась, и это даже, наверное, к лучшему. Ей хотелось закрыть уши руками, убежать отсюда — что угодно, лишь бы в её голову не сыпался этот мусор из обрывков мыслей пьяниц, прощелыг, мошенников и прочих малоприятных (и ко всему прочему — нетрезвых) посетителей. Правда, на несколько минут она почти совсем абстрагировалась от этого потока: когда услышала, что сейчас ей придётся пить огневиски. Разумеется, она его уже пробовала, но за всю жизнь, должно быть, и полной рюмки не выпила. Мисс Голдштейн понятия не имела, какое оно — чувство опьянения.
Зато догадывалась, что в этом состоянии может случайно всех выдать.
Непросто быть плохим парнем, когда ты восемнадцатилетняя очаровательная девушка, которая проходит стажировку в аврорате. Да, тут уж точно нужна постоянная бдительность.
Или нет, не нужна: пить ей не придётся. С расширившимися от минувшего ужаса глазами Джонни кивнул мужику миссис Медоуз.
Как правильно отвечать на вопрос о фарватере волшебница не имела никакого представления, а потому просто махнула рукой, а когда официант отошёл, сморщила лоб, стараясь поймать хоть одну полезную мысль.
— Кто-то хочет жениться и посылает отца невесты в Визенгамот... почему в Визенгамот? Другой кому-то должен десять галлеонов, третий... стойте, кто-то не верит, что они найдут грабителей. А кто «они»? — нахмурив брови, Эстер внимательно посмотрела на наставниц.
Казалось, голова сейчас взорвётся.
— Ой, а вдруг он про нас? — неожиданно — но шёпотом — выпалила девушка, всерьёз испугавшись, что их успели как-то раскрыть. И если успели, то, разумеется, из-за неё.
От волнения Джонни пролил огневиски на мантию и тут же принялся вытирать с неё пятна салфеткой.

0

19

Эммелина, осаждённая бдительной Доркас, должна была бы почувствовать укол совести, но не почувствовала, потому что иногда разрешать чужим детям попробовать огневиски было даже весело. А у неё тут, видите ли, ещё и день рождения наклёвывался! Однако Доркас была права, если бы Эммелине в её восемнадцать запрещали пить огневиски, может, она бы сначала, как все нормальные люди, закончила стажировку, и только потом уже становилась многодетной мамашей.
— Та ты не переш-шивай, — ласково улыбнулся Бадди, вытряхивая из карманов звонкие монетки. — Дерш-ши и лей, братец. У нас тут, с-снаеш-шь, выгодное дельце выпало! Ух! Заработали — закачаеш-шься! Так ш-што лей, лей, не ш-шалей!
Ну, Министерство не обеднеет, а если и обеднеет, то Эммелине по шее настучат. Правда, она была уверена, что и так настучат: страшно не любила эта бюрократическая обитель давать деньги на всякие миссии. Вот недавно, когда они на аукцион ходили, зажимали деньжатки, как могли, будто им прямо нравилось в свой выходной таскаться по мероприятиям, а не дома задницу у камина греть!
Ну, по коням. Огневиски плескался на дне стакана, который Эммелина мастерски болтала туда-сюда, старательно изображая, будто пьёт, но на деле слегка пригубив. Остальное должно было, по плану, вылиться на и без того видавший виды пол, а то и кому за шиворот — для отвлечения внимания. Эстер, например, выбрала опцию с выливанием огневиски прямо на себя.
— Который? — коротко среагировала Эммелина на слова подопечной. — Бери огневиски и пош-шли пройдёмся.
Бурно изображая приветствия совершенно незнакомых людей и напоминая им, как они в шестьдесят пятом вместе гоняли «не нашенских» и даже встречая понимание в пропитых физиономиях некоторых, Эммелина ждала, когда Эстер подаст ей знак. Остановившись у очередного стола, она обратилась к сидевшему там мужику:
— Здорово! — добродушно прогремела она. — Ты, ш-штоль, брат? Томас-с? Тыщ-щу лет тебя не видал, братиш-шка!
И плюхнулась на стул рядом.[icon]http://funkyimg.com/i/2GNdk.jpg[/icon]

0


Вы здесь » Marauder's Map: What you always wanted to know about 1976 » Настоящее » 3.12.1976: Афера под прикрытием


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC