Marauder's Map: What you always wanted to know about 1976

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauder's Map: What you always wanted to know about 1976 » История игры » 4.10.1976: A myth about nine-to-five


4.10.1976: A myth about nine-to-five

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

» участники эпизода
Dorcas Meadowes, Emmeline Vance, Esther Goldstein
» время и место действия
Кабинет Эммелины Вэнс и Доркас Медоуз в Аврорате, 8.15 утра
» краткое описание эпизода
Когда ты приходишь на работу в первый раз, убедись, что твоё начальство вообще вчера ложилось спать. И предложи ему сразу какао!

0

2

И как Эстер умудрилась опоздать?
И это при том, что подскочила с постели на три часа раньше заведенного на половину седьмого будильника, напугав кота, развалившегося в ногах постели, потом сидела на кухне полностью одетая и при марафете в обнимку с чашкой кофе, уткнувшись носом в книгу, рекомендованную на собеседовании, пока вокруг весь Лондон досыпал последние предрассветные часы. И доехала на магловском такси в такую рань, что лишь самые пунктуальные труженики Министерства начали стекаться к служебному входу.

Вот там-то Эстер и зависла. Ну кто вообще придумал такую шутку - спускать себя в унитаз, пока посетители, как нормальные люди, идут через атриум? На без пяти минут стажерке были новенькие, одетые в первый раз после покупки специально для работы замшевые туфельки без каблука, и столь же новая блузка, отглаженная с такой тщательностью, что почти хрустела, и она готова была реветь не хуже Плаксы Миртл, забившись в кабинку и не решаясь двинуться туда, куда ее завел долг службы. Мерлин, все ведь так хорошо начиналось.

После того, как было решено, что иного выхода все-таки нет, и выяснилось, что все не так плохо, как казалось поначалу, Эстер опаздывала на целых четыре минуты. Вместе с ней в лифт зашла низкорослая волшебница в причудливой лиловой шляпке на туго завитых кудрях. Когда двери лифта с мягким жужжанием закрылись, она смерила переминающуюся с ноги на ногу девушку мрачным взглядом, с немым вопросом, который разволновавшаяся Эстер поначалу приняла за сказанный вслух. И даже ответила, когда лифт двинулся вниз.

- Первый день стажа, - с нервной улыбкой доверительно сообщила Голдштейн попутчице после пары секунд гробового молчания. Ответный взгляд из просто мрачного медленно обратился в неодобрительно-недоумевающий. Колдунья в шляпке мельком подумала что-то о тонких и звонких, и еще о дурехах, которых невесть кто берет работать в Министерство, но Эстер не обиделась: у бедняжки-визави было неважное утро, неудивительно, что она так и фонит рассерженностью на весь окружающий мир. Вон, даже записки, кружащие над головами отчего-то ей не по нраву, - И первый раз ниже атриума спускаюсь.

Попутчицу это не сильно впечатлило. На ее счастье, Голдштейн сходила уже через уровень, и слишком торопилась, чтобы пытаться продолжать выдавать дружелюбие. Придерживая сумочку за уголок, Эстер ласточкой вылетела из лифта, пожелав отправившейся ниже волшебнице хорошего дня. Отдел обеспечения магического правопорядка встретил головокружительной суетой: повод вспомнить обо всех причинах, по которым она старается избегать больших скоплений народа. И еще одна вещь, к которой придется привыкать. И старалась же! Каждый взгляд в свою сторону встречая улыбкой и тихим "Здрасьте!". Кто-то улыбался и кивал в ответ, и это было лучшей из мотиваций.

То же самое "Здрасьте!" прозвучало в штаб-квартире авроров, куда Голдштейн влетела, на автомате не подумав постучаться. Правда, тут же ойкнула, выскочила в коридор, затворив за собой дверь, постучалась и заглянула назад.
- Простите. Со служебным входом было что-то не так, - вообще, все. Но опаздывать в первый же день - это некрасиво, и вообще, так что стоило хотя бы выдать что-то в оправдание.

Отредактировано Esther Goldstein (2016-12-14 06:58:26)

+3

3

Шесть тридцать утра, ура! Ещё полчасика - и можно будет валить домой, спокойно переложив на плечи остальных аврорчиков, авроров и аврорищ всё то, что называется "работа, которой непочатый край". Боже ж ты мой, думала Доркас. Неужели никтошечки не понимает, чем опасна тёмная магия? Тупые, да? Очень тупые? А из-за них она ночью торчит на дежурстве, бдительно лёжа на диване и разглядывая карту Британии и Ирландии в то время, когда на очередной вызов ещё не надо аппарировать, а предыдущий уже закончился. Вся илитарназдь аврората сводилась только к тому, что собеседники уважительно и впечатлённо кивали головками, когда ты ножку вперёд выставляешь и говоришь: "Я служу в аврорате!"
За небольшие деньги, хотя и чуть ли не самые большие в Министерстве. На семью хватает - и слава огурцам с помидорами в осеннем салатике.
В семь последовал очередной вызов. Эммелинка третий час торчала на другом вызове, потому что их двое, а ночь полна и темна ужасов: то здесь, то там хрень случалась. А Додошка зачищала остальные "срочные" дела. В семь утра пришлось аппарировал в Дувр, где какой-то ублюдок магглов пугал. Змеями. Креатив так и прёт. В восемь утра это дерьмо кончилось, и должностная инструкция отправила Додошу, усталенькую девочку, молодца с большой буквы "Б" отчитываться и сдавать дела. В восемь десять она зашла в штаб-квартиру, и счастливо возжелала плюхнуться на диван, чтобы положенно сдохнуть, но...
"Простите" из-за спины, и Доркас автоматически обернулась, сразу же выпустив в говорившего магическую антиаппарационную сеть, пилотируя своё тело к сбитому с ног человеку, окутанному с ног до головы серебритой паутиной временной тюрьмы.
- Британский аврорат, старший аврор Медоуз. Вы имеете право хранить молчание, просить пощады, сдаться и написать явку с повинной. Всё, что вы скажете, может быть... васпользовано против ис... - Доркас зевнула широко, как лунатик приближаясь к сети с человеком внутри и ни на секунду не сводя волшебной палочки с неё. Муди мог ей гордиться, о да!
Через десять секунд женщина поняла, что она никуда не высыпалась по жизни. С тех пор, как поступила в аврорат стажёром после школы и попала в группу Муди. Справедливости ради, аврорат был большой задницей: такие через тридцать с хвостом лет назовут словом "коворкинг"; но в нём были и кабинеты. Так вот, ржача коллег, сновавших по общей территории, не случилось только потому, что дело происходило в их с Вэнсищем коморке. Слава Богу.
Перед ней на полу, в сети, лежала девушка, которая извинялась за служебный вход. И, кажется, был понедельник, и им должны были прислать какую-то стажёрку, которая успешно прошла испытания и пытки. И прислали же. И Доркас с Эммелиной получили стажёрку. Так, а когда у неё занятия в академии? А почему она ещё тут?...
- Э, - выдавила Додошка, собирая остатки воли в кулачок. Через секунду она сняла сеть, через две - протянула девушке руку. - Прости, подруга. У нас тут... Аврал...
Последовали два последовательных зевания и крик Муди из коридора:
- Медоуз сделает! Это к ней!
"Сволочь", - мысленно констатировала Медоуз, грустно осознавая, что ей нужно Бобро-перцовое зелье, забодяженное с кофе.
- Если ты стажёр, которого нам обещали, то привет, это аврорат, аврорат, это наша стажёрка. А если нет, то поясни старушке, ка... То есть, чем могу помочь? Преступников ловить не проси, показания давать - это к хитам и Боунс, психпомощь - это в Мунго...
Миссис Медоуз снова зевнула. Если темнуха не прекратится в мире магов, её явно ждут семейные разборки.

+4

4

Сначала было слово, точнее, дело с очень страшным исходом: час понадобился Вэнс, чтобы осознать, что нет в доме страшного-престрашного артефакта и злого-презлого мага, а эта милая бабуля просто берега потеряла и страшно ей, видите ли, стало. Страшно! Безосновательно! Ночью! Ну почему, почему именно в её, Эммочки, дежурство? Почему у этих психов кран начинает подтекать именно по ночам, а?
В общем, когда осознание того, что она зря играла в солдата Джейн и изображала из себя крутого боевика (оценила только спокойно сидящая на окне кошка, которая и была единственным свидетелем провальной операции), Эммелина бодро высказала старушке, куда ей следует отправиться, чтобы получить свой квиточек за штраф за ложный вызов, поругала хорошенько за невнимательность, но на всякий случай чуть-чуть похвалила за бдительность. Потому что п-постоянная б-бдительность — это хорошо. Хотя и вся эта истерия, которая окружала Британию в последний год начинала порядком надоедать тем, кому на эту истерию приходилось реагировать постоянно. То есть им с Додошкой.
Потом ещё три часа она провела в полумаггловской деревеньке, где какой-то придурок, чтобы ограбить единственный магазин, начал отстреливаться от хозяев-магов авадкой и прочими прелестями, которые, надо сказать, выходили у него не слишком и вялая вспышка, пущенная в представившегося аврора Вэнс, была скорее пародией на настоящую убивадку. В общем, никто не пострадал и понадобилось всего ничего времени, чтобы успокоить идиота и вмазать ему петрификусом, чтобы отдохнул слегка. И потом разобраться с остальными жителями, вызвать стирателей, чтобы разобрались, хватит ли её увещеваний о том, что это просто обычный псих с пистолетом был, наконец, отправиться дальше. Домой, конечно, хотелось, но надо было сначала на работу.

В общем, она успела ухватить кофе в маленькой едва открывшейся кофейне на углу и без задней мысли отправилась вместе с большой фарфоровой чашкой в Министерство. За чашку она, конечно, досыпала официантке денег, но её глаза, провожающие бодро удаляющуюся в рассвет Эммелинку, надо было видеть. Так она и появилась на пороге родненькой штаб-квартирки: с растрёпанными волосами, потому что это сначала была попытка сделать хвост, а потом и так уже нормально, с большой белой чашкой с остатками кофе и палочкой в руках. Додошка была, вопреки всему, не одна: и это был даже не Муди, который пришёл скинуть на них всё, что не успевали сделать другие авроры.
— У нас тут человеки-пауки забегали? — бодренько поинтересовалась Вэнс, оглядывая сброшенную на пол сеть. Ловкий взмах палочкой — сеть исчезла, куда и должна была отправиться ещё после первого сонного заклинания Додошки. Про человеков-пауков Эммочке рассказывал Стивен, страшно увлёкшийся какими-то комиксами и слёзно просивший купить ему на день рождения какой-то редкий выпуск, который стоил, как чугунный мост. В общем-то, человеки-пауки Вэнс не впечатлили, потому что у Супермена трусы покрасивше, но она неплохо усвоила, что такие ребячьи герои тоже бывают.
Она прошла мимо незнакомой молодой девочки где-то возраста Джуди, здраво рассудив, что сначала надо примостить свой старый попец, а потом разговаривать разговоры.
— Действие кофе закончится через три... два... один... — она плюхнулась на диванчик и торжественно зевнула. — Закончилось. В общем, я сонная пародия на старшего аврора Вэнс, она отошла, а я за неё. А ты, красавица, у нас кто будешь?

+4

5

Хотя ощущение того, что что-то пошло не так, пришло к Голдштейн еще в минуты раздумий над служебным входом, окончательно в этом она убедилась только когда, тоненько пискнув, оказалась на полу в сети. Несмотря на то, что знала практически сразу: это недоразумение, и виной всему просто еще одно плохое утро, пришедшее прямо по пятам бессонной ночи. Куда там ее мелкой неприятности. Правда, все еще досадно, что недоразумения так к ней тяготеют.

"Почему сволочь?" - огорчилась было Эстер, и только потом запоздало поняла, что, наверное, это все-таки не про нее, а вообще в целом. Что в ней было замечательного, так это неспособность обижаться на людей, тем более тех, которые совершенно не нарочно и не специально. В таких случаях если что и нужно, так это помочь загладить неловкую ситуацию, с пятидесятипроцентной гарантией сделать ее еще более неловкой, но все же.
- Ничего-ничего, вы же не нарочно. Урок на будущее, стучаться надо.
Волшебница поднялась на ноги, ухватившись за протянутую руку и машинально отряхивая штаны на попе. Бочком отошла от входа, пропуская в кабинет даму с чашечкой кофе, учтиво пожелала доброго утра, сцепила руки в замочек, и только тогда представилась.
- Эстер Голдштейн, я стажер, да. Я тут... у меня пропуск и удостоверение...
Недоразумение недоразумением, а все-таки лучше перестраховаться и выдать все явки с паролями сразу. Маленькая корочка, выданная в академии вместе с формой затерялась где-то на дне сумочки, имеющей и без всяких чар пятого измерения замечательное свойство, присущее большинству дамских сумочек: вместимость абсолютно всего и на все случаи жизни. И еще одно: способность проглатывать важные вещи так надежно, что все содержимое периодически приходилось вытряхивать, чтобы найти нужный предмет. Основательно порывшись, Эстер извлекла корочку, с которой несмело ухмылялась маленькая колдография ее физиономии, и только тогда поняла, что и не надо было. Вот же он, пропуск от заспанной привет-ведьмы, выданный в вестибюле, прицеплен на лацкан. И нашивка аврората  рядом с вышитым курсивным "К" на форменном пиджачке - приталенном, новеньком с иголочки, и досадно сидевшем после барахтания в сети черт-те как.

Еще один конфуз в копилку конфузов сегодняшнего дня. Голдштейн, все-то у тебя через не то место, которое надо бы.
Оказавшись под взглядами сразу двух старших авроров, Эстер впору было бы сдаться робости, но чужая усталость, душной волной целиком затопившая помещение и ощутимо надавившая на затылок, как ни странно, заставила одернуться и собраться. Не мяться же в углу пришла, и не изображать фикус в горшке. Так что, вдохнув поглубже, она решительно затараторила:

- У меня по расписанию в понедельник и пятницу тут практика, а в остальные дни занятия в академии. Сказали, что многого сначала не стоит ждать, мол, буду пока помогать заполнять отчеты или отвечать на служебные записки, или еще чего, что нужно будет, но я буду рада и побыть просто лишней парой рук, - Эстер по-птичьему втянула блондинистую голову в плечи и неуверенно улыбнулась, теребя в руках удостоверение. Здесь даже лезть в голову никому не надо, чтобы понимать: лишняя пара рук тут лишней не будет настолько, что как бы по плечо не оторвали. А может и ноги пригодятся, сбегать куда. Помочь и правда хотелось.

Отредактировано Esther Goldstein (2016-12-15 04:12:35)

+3

6

- Бэт... Мэны... Привет, старуш. Поздравляю с ещё один днём в раю, - миссис Медоуз никак не могла победить свои совершенно расклеенные позевашки. В очередь, сукины дети, в очередь со своими тёмномагическими проблемами! От усталости и отсутствия отпуска, который в аврорате "я не беру - и вам нечего", Доркас очень хотелось завыть волком и отправить тем, кто называл себя Пожирателями Смерти, сову с коммерческим предложением: вы нам присылаете расписание тёмных делишек, а мы вам поцелуй дементора заменим пожизненным. Но кто б ей ответил?
- На самом деле, тут урок один, - беззлобно начала Доркас, опускаясь на четвереньки и исчезая за письменным столом. Какое-то время была видна только её аврорская задница, которая подёргивалась, а потом всё-таки соизволила появиться её хозяйка с обычным маггловским французским прессом, тремя разномастными кружками и пакетиком молотого кофе. - П-постоянная б-бдительность. Ну-ка, стажёрка, расскажи мне, как я должна узнать, что ты - обещанная нам подмога по понедельникам и пятницам, а не Пожиратель Смерти под маской милой девочки? Вэнсище, чур не подсказывать!
Сонная женщина засыпала добрых две ложки молотого кофе в ёмкость, залила во французский пресс воды из волшебной палочки, осторожно постучав по стеклу, чтобы, не приведи Боже, трещина не пошла от магии - никто этот чайничек не усилял, он был куплен в Хэрродсе по скидке, и только для них с Эммелинкой. От воды повалил пар, и Медоуз сосредоточенно понаблюдала за движением кофейных частичек по кругу. Пока стажёрка думала, Доркас залила в три кружки кипяточку, а потом нажала на пресс и добавила в кипяточек кофе. Кружку "Все люди идиоты" старший аврор Медоуз зарезервировала для себя, протянув две другие дамам.
- Да не бойся ты так нас, - Доркас улыбнулась новобранцу весело, насколько это позволяла ночная смена, за которой Муди тут же поставил обычный восьмичасовой рабочий день. - Не переживай. Когда решишь задачку - озвучь ответ, а мы со старушем пока кофе глотнём да придумаем, куда тебя определить в нашем организованном пространстве...

+3

7

— Голдштейн... — Вэнс чуть приподняла бровь, которая ползла наверх очень лениво, предпочитая давить на веко и закрывать глаз, но вопрошение-удивление надо было выразить хоть как-то. Кажется, ей кто-то что-то говорил про Голдштейн. Или она знала кого-то с фамилией Голдштейн. Или что-то очень знакомо звенело в голове на фамилию Голдштейн, но у Вэнсища в голове поселился монстр-вата и она с трудом вообще вспоминала, как её саму зовут. Ну то есть ту часть имени, которая идёт перед Вэнсищем. Семолина, что ли...
— Может быть, я знаю твоих родителей, но в восемь утра я не помню даже собственную бабушку, — тут же поделилась тем, что думала, Вэнс, потому что она вообще любила делиться тем, чем думала. Чашка с допитым кофейком из кофеенки бодро отправилась куда-то в закрома стола, откуда уже вынырнула пятая точка Додошки, а Эммелина палочкой (потому что ну кааааак же лень вставать) призвала со стола Муди в другом кабинете тарелку с печеньем-саламандрами, которые периодически выпускали огонь из клубничного джема. Эти прекрасные штучки любил весь аврорат, но Муди особенно (и никому в этом не признавался), поэтому Додошка и Эммочка всегда знали, где искать вкусняшку, если очень лень было посылать кого-нибудь за ней в Сладкое Королевство. Летающая тарелка с размаху раскрыла двери, по пути потеряв одного бойца, и приземлилась на столе двух бравых аврорш, и Эммочка довольно прицокнула языком. "Ща шоу будет. Три-два-раз..."
— Вэнс! Медоуз! Хватит воровать мою... еду! — проорал Муди, и Вэнс мысленно послала ему воздушный поцелуйчик, представляя, как его физиономию перекосило бы от такой любви. "Ничего, ничего, нам тут детей кормить надо, а ты старый уже, перебьёшься", — подумала она, но этого, в отличие от всего остального, вслух не сказала. В общем, отбирать вкусноту обратно Муди не решился, потому что у него это никогда не получалось, и Эммочка протянула загребущие ручонки к чашке с кофием и печеньке.
— Ты угощайся, — предложила она девочке. — И не тушуйся, мы милые.
Конечно, никаким пожирателем (разве что печенек, и то какая-то стеснительная) девочка не была, но установить рамки и порядки было нужно. В конце концов, когда она увидит Муди и поймёт, что не стать параноиком здесь просто нереально, она уже будет готова к жизни в трудолюбивом авроратском коллективе. "Голдштейн, Голдштейн... Кто ж у нас Голдштейн? Тот чудик из хозяйственного отдела? Да нет, тот Голдблюм... Мэри Шелли? Да нет, тот вроде Франкенштейн... Может, путаю, конечно". Настойчивая мысль о том, что кто-то недавно ей что-то говорил про Голдштейнов никак не покидала, и Вэнс хотела бы махнуть на неё рукой, но она иногда возвращалась, как часто это делали мужчины в самом расцвете сил.
— Вон туда кресло поставим, а подоконник чуток расширим и сделаем вид, что это стол, — Вэнс кивнула на угол у окошка. "Бедная девочка, ну кто ж виноват, что у нас тут места на два с половиной человека максимум. Надо дёрнуть этого самого Голдблюма, чтобы укрепил тут всё и её не продуло". Материнский инстинкт detected. — Чур фиалка к тебе на стол переедет. Она обычно распевает частушки, но иногда удаётся поймать волну классических арий. Вон на прошлой неделе выла из Травиаты. А если поливать кока-колой, то иногда даже начинает ругаться матом или даёт ценные советы по сборке мотоциклов, наверное, прошлые хозяева научили. Ещё она любит зелье от похмелья... Ой. Я совсем тебя заболтала. Умолкаю.
Вэнс отсалютовала кружкой Додошке и принялась вдумчиво глотать горячий кофеёк.

+3

8

На вопрос миссис Вэнс горе-стажерка только мягко покачала головой, спрятав улыбку. Какие хорошие они обе, так и не скажешь, что маги-боевики, которые пуд соли на завтрак регулярно едят - так ведь говорят про старших авроров. Эстер задумалась было, что они могли знать маму когда учились в Хогвартсе, возраст, наверное, примерно одинаковый, но вдаваться не стала. Матери не было уже больше тринадцати лет, школьных знакомых-приятелей за такое время часто успевают забыть. Зато бабушка у нее видная, хоть и в Министерстве не работает.

- Родителей, наверное, не знали, но, может быть, бабушку, Куинни Голдштейн. У нас кафе-пекарня на Грейт-Ньюпорт стрит, правда, со стороны магловской улицы. Бабушку мою трудно не запомнить. Я ей листик фиалки возьму, можно?
Эстер застенчиво подняла уголки рта. Первое впечатление - штука серьезная, не наболтать бы ненужного - каждая леди, даже доморощенная и без воспитания благородной девицы, знает, что невежливо много говорить о себе. Лучше найти себе стул, примостившись на краешек, принять чашку кофе со "Спасибо", как и положено хорошей девочке, и ответить на задачку. Ну конечно же это было просто задачкой. Во всяком случае, спрашивать, обязательно ли это, Эстер не решилась.
- Задать вопрос? О чем-то, что могут знать только "свои", но достаточно бытовом и незначительном, что не смог бы вызнать самозванец, легилименцией или допросом. Главное не знать заранее, какой вопрос будет задан.

Пришлось наугад - подглядывать ответ, как Эстер привыкла делать в школе, пока ее не начали отсаживать от класса в отдельный кабинет на письменных экзаменах, сейчас не хотелось, достаточно уже было подорванного доверия за семь лет в Хогвартсе. Быть отличницей в таких вещах просто так, безо всяких усилий, хорошо ровно до тех пор, как от них начинает зависеть что-то большее, чем отметки в школе. Но ответ казался логичным - Голдштейн отлично знала, что человеку не свойственно намеренно держать на поверхности своей памяти, какого цвета их любимый свитер, или как зовут кошку общего коллеги по работе, так что самозванца такой вопрос может застать врасплох.

Ответ тут же показался... дырявым, что ли. Эстер немного поерзала на стуле и смаху добавила:
- Но мы пока почти не знакомы, так что еще есть... Ревелио. Сыворотка правды. Вредноскоп. Или зеркало, которое проявляет врагов. Согласна на все, кроме сыворотки.

Литературу, купленную в сентябре по выданному в академии списку, Эстер не успела, конечно, проштудировать полностью, но уже знала кое-что интересное. Например, про зачарованную воду, которая разрушает действие магии, если ей облить, Проявители Врагов и прочие вещи, которые иначе как "арсенал параноика" не назовешь. А хороший студент всегда знает, что лучше всего вывалить абсолютно все, что знаешь по теме вопроса.

- Но будет проще, если вы просто загадаете что-нибудь, - тема деликатная, но поднять ее все-таки надо. Хотя, кому надо - те наверняка уже в курсе, - Например мотив песни. Я узнаю и скажу, без палочки и незаметно так только мы с бабулей можем делать.

Отредактировано Esther Goldstein (2016-12-16 21:49:07)

+4

9

Доркас очень живо отреагировала на пекарню Голдштейнов:
- Это на том берегу-то? - спросила женщина, имея в виду южный берег Темзы, на котором бывала редко. - За музеем Пикассо, на Воксхолле? Знаю я её, но никогда бы не подумала, что её держат волшебники! Хотя, признаюсь честно, всё реже с такими нагрузками я вообще думаю. И тем более верхней головой... Впрочем, я грязнокровка, - со вкусом добавила старший аврор Медоуз, даже выпячивая свою небольшую грудь так, как будто там был как минимум четвёртый размер. - И если дело касается волшебных семей, мне надо лезть в ту книжку...
Она неприлично ткнула пальцем в книжную полку под потолком, снова зевнула, щедро глотая кофе и обжигаясь. К чёрту терпимые температуры, только жара, только хардкор.
- Про вопрос... Верно, но - как, впрочем и всегда! - не панацея. Наш шеф говорит, что нужна постоянная бдительность. Мы с Эмкой её иногда сокращаем до Пэ-Бэ. Так что если надумаешь продемострировать навык узнавать своих, просто спроси, что такое Пэ Бэ. Пипец и беспорядок. Плевать и блевать. П-постоянная б-бдительность!
Миссис Медоуз широко улыбнулась девочке, вспомнив, что в свой первый день в Авроратеона вообще попала под тройные чары Муди, который принял её за особым образом трансфигурированную жгучую антенницу, присланную ему под прикрытием человеческой оболочки. Женщина мечтательно прикрыла глаза, вспоминая больницу Мунго и отделение для тех, кому не очень повезло в диалогах с шефом... Но это было двадцать лет назад. Двадцать.
- ...мне что, почти сорок лет? - вслух возмутилась она, забыв, что она тут, вообще-то, не одна, и что сорок - цифра запретная. Для всех, кроме Эммелины, которая счастливо ходила по газонам там, где имелась табличка "По газонам не ходить!". Британскому аврорату на заданиях закон не писан, а если писан - то не читан, а если читан - то проигнорирован, потому что "Herbivicus! Ты доволен? Вот тебе трава! А я побежала, преступность не дремлет!"
- Гм. Простите. Так вот, о вредноскопах... - кружка с кофе была отставлена в сторонку, и Доркас созидательно оглядела подоконник, за которым предполагалось работать Эстер. - Это не панацея. У нас таких вредноскопов как го... Как... Много, короче, и все почти бесполезны, - элегантно замяла неловкую лексическую ситуацию Додошка, вспомнив, что нехорошо сразу начинать ругаться при детях. Дети - цветы жизни.
- Лучше всего пользоваться тем, что никогда не даст осечек. Вкусы и предпочтения, модели поведения, схемы реакции. Психология - наука маггловская, но жутко полезная, - трындела Медоуз, зачищая подоконник от лишнего мусора. Парочка бытовых заклятий - и вуаля, не подоконник, а отличное рабочее место! Стул был украден из общей комнаты, и теперь Эстер даже было где сидеть. А потом Эстер попросила загадать песню.
- Без палочки? - сделала вид, что не поняла, Доркас. Иди сделала вид для самой себя. - Ты легиллимент, - завершила она мысль, плюхнувшись рядом с Эммелиной на диван и так же лениво развалившись на нём. - Слышь, Вэнс. Ты когда-нибудь выигрывала джекпот в государственную лотерею?

+4

10

— Ну точно же! — Вэнс почти хлопнула себя по лбу, а потом всё-таки взяла себя в руки. — Да просто пекарню тоже вашу вспомнила. Листик бери, конечно.
На самом деле всё было немножко интереснее: Вэнс вспомнила, как за рюмочкой чая они с куратором курсантов беседовали про новое пополнение, и как ей торжественно рассказывали про девочку с удивительными способностями. Эммелина ещё тогда озвучила, что им бы с Додошкой такую, так и вообще бы красота была. Но потом у них снова начались авралы, и Вэнс позабыла даже собственную бабушку, а там, видать, не забыли. И прислали. Типа держи, Вэнс, но за тобой должок.
Или просто Муди был муди и не захотел возиться со стажёркой сам. Неужто упустил бы сокровище?
— Это как выиграть джекпот, не покупая билет, — хмыкнула Эммелина, разглядывая девочку. Совсем ещё юное создание, только после школы, очевидно, а уже может влезть в твою голову и всё-всё-всё там прочитать... Ой! А она тут уже надумала за это время столько всего, а бедное дитё это всё слушает?! Или она всё-таки только по желанию туда влазит, не слышит всё подряд? А она желает сейчас? Как же это сложно всё.
— Ничего себе ты умелица. То есть прямо без палочки? Просто берёшь, смотришь на человека, и всё в голове проносится? Или оно всегда слышно? Прости, если секрет, мне правда интересно.
Эммелина зевнула как можно красочней, понадеявшись, что сон уйдёт, стоит ему разглядеть содержимое её желудка.
— А давай попробуем, ладно? Не то чтобы я не верю, но всегда здорово посмотреть на такие штуки в действии.
Эммелина поёрзала на диване, подталкивая своим старческим попцом Додошку, и крепко задумалась. Что там она последнее слышала из старого радиоприёмника у себя на кухне?
Песенка в голове спелась сама собой. Эммелина сделала над собой усилие, чтобы не начать петь в голос, потому что это бы испортило всю игру, но на всякий случай она смотрела прямо на Эстер, может быть, ей так попроще будет. За все свои годы в качестве служащей аврората она видела много разных удивительных способностей, однако каждый раз поражалась, сталкиваясь с ними близко: в конце концов, в её родном мире, которым она по праву считала маггловский, такого не встречалось и не могло. Хотя и не была "грязнокровкой" в полном понимании этого слова (фу, Доркас, ну что за слово!), но всё-таки как минимум на одну большую часть себя. Да и вообще. Магглы — это хорошо. С другими убеждениями в Орден не попадают.

+4

11

На миссис Медоуз Эстер теперь смотрела с удвоенным любопытством, правда, при этом пропустила мимо ушей половину про вредноскопы. Вот так вот. Что для кого-то страшное оскорбление - для кого-то повод надуться от гордости. И правильно - кровь, она у всех одинаковая, не бывает людей у которых она грязная. Или голубая. К тому же детям маглов приходится учиться с удвоенным усердием, потому что мир для них совсем новый и незнакомый, и вот, старший аврор, это вам не фамильное состояние проматывать, и не просиживать за вышивкой как положено кисейным домохозяйкам благородных кровей.
- Ну... не совсем, - дипломатично ответила Эстер, - Это дедулина пекарня, а он был магл.

Почти нетронутый кофе обжигал язык. Осторожно дующая на чашку Голдштейн торопливо замотала головой в ответ на посыпавшиеся вопросы миссис Вэнс. Это все часто понимали как-то... не так, как оно на самом деле. Как будто сознание - это приемник или книга. А наученные легилименции через заклинание и вовсе виделись бабушке Куинни чуть ли не как насильники. Очень уж это грубо у них выходит.

- Я стараюсь никуда не... лезть без спроса. Не хочу узнать что-то личное, это ведь некрасиво. Но я почти всегда чувствую сильные эмоции и иногда это получается само собой, - она закусила губу и добавила, - Я скажу если такое случится.

Лучше бы не случилось, правда. Эстер ведь не бабушка, которая очень любит разбирать и распутывать колтуны из чужих проблем, будто врач, который не может пройти мимо раненого, не попытавшись ему помочь. От бабули секреты хранить бесполезно, да и что толку, если они могли часами разговаривать, не произнося при этом ни слова - но тут уж как, старшему виднее, он больше видел, больше знает, и разберется лучше. А у взрослых людей и проблемы соответствующие, только-только выпустившейся из школы девчонке чужие и не понятные. А может она просто эгоистка.
Чужая беда - это каждый раз будто кого-то машиной сбило на улице, а ты не знаешь что делать. И мимо не пройти, и трогать его страшно, и на помощь некого звать. В школе проще было - достаточно шепнуть однокурснице что она нравится вон тому высокому с Гриффиндора, или убедить плачущую в туалете младшекурсницу что никто не считает ее уродиной, выдумывает она все. У маглов-соседей ссоры с битьем посуды, буквально в соседнем корпусе - их не убедишь друг друга попытаться выслушать. Пожилая женщина, живущая этажом ниже всегда улыбается, а внутри слезы - дочка к ней уже три месяца не приходит, и внуков не везет. Эстер, страшно стесняясь, принесла ей коробку пончиков только-только въехав в новый дом и с тех пор забегала почти ежедневно, но разве одно это поможет?

Из неприятных мыслей вырвало подхваченное предложение устроить музыкальную проверку. Девушка чуть встряхнулась, наконец подняла больше, чем на секунду, слегка сощуренный взгляд.
- Я ее знаю, - Голдштейн просияла, как начищенный галеон, тихонько домурлыкав себе под нос знакомый мотив. Под "Битлз" она, можно сказать, выросла, как же не знать Пола Маккартни, - Ее на магловском радио сейчас все время крутят.
И, честно говоря, музыка у маглов получше сопливых баллад популярной нынче Селестины Уорбек про Амортенцию и луноцветы на снегу. Хотя бабуле нравилось.

+4

12

Челюсть Доркас давно бы валялась на полу, не работай она в аврорате почти двадцать лет. Нет, правда, за двадцать лет забегов, марш-бросков по пересечённой преступниками местности, работы под прикрытием и прочих американских горок, которые довелось пережить, спасаясь от Муди (интересно, что бы было, если бы у него один глаз был волшебным?) и его шефского гнева, Додошка с Эммелинкой насмотрелись всякого. Если бы подружки надумали снимать сериал, то им и сюжет изобретать не пришлось: у них бы кастрюли кусались, Пожиратели Смерти учиняли беспорядки, а две бравые тётки сорока лет объясняли бы им, что такое хорошо, и как им будет плохо. Но легиллемента, который вскрывал твоё подсознание без консервного ножа и регистрации, Додошенька видела впервые, и этот легиллемент был девчонкой лет восемнадцати, миленькой и маленькой, интеллигентной и воспитанной, скромно пившей казённый кофе, потому что ничего другого у них тут с Вэнсищем не было. У старшего аврора Медоуз начался когнитивный диссонанс: в стирателях памяти были умельцы, но всё это не то. Она никогда не видела, чтобы девчонка на ура играла в угадай мелодию с аврорами, ещё и без вмешательства с палочкой. Так, наверное, мог только профессор Дамблдор.
- Разбери меня МакГонагалл на сувениры, - впечатлённо протянула Доркас, вполне себе легально офигевая от происходившего у неё на глазах. Как бы похвалить девочку так, чтобы не посеять в ней зёрна самонадеянности и эгоизма?... Самое опасное, что могло случиться с одарёнными людьми - то, что случилось с этим Сами-Знаете-Кем. Никто не знал, кем он был на самом деле, разве что можно было предположить, что и он когда-то был восемнадцатилетним волшебником, одарённым, сильным... Улыбку с лица Медоуз стёрло, как будто её там никогда и не было. Она попыталась привычно закрыть свои мысли, очистив не слишком большие верхние мозги от лишнего, но окклюменции их в академии учили разве что в стиле "галопом по Европам", чтобы знали, чего делать, когда делать уже нечего. Поэтому старший аврор Медоуз могла либо думать, либо мысли закрывать - здесь многозадачность ей не удавалась.
- Знаешь что... - задумчиво протянула Додошка, обращаясь сразу и к Эстер, и к Эммелинищу. - Пожалуй, мы сами будем воспитывать нашего новобранца. Вырастет - станет третьей в нашей старческой компании пары нормальных. Ранние подъёмы, периодические пробежки по сугробам и лужам, практическое дерьмоведение в неприятной компании с последующим прикладным чаепитием в приятной, и никаких поблажек. Шарагу... - Додошка имела в виду академию, конечно. - ...не смей закалывать, посещаемость проверим. Справедливость чинить будем сами, в обиду перед всеми не дадим. И это не потому, что у тебя способности, мой маленький экстрасенс! Это потому, что мы с Эмкой - мамки со стажем, у неё куча детей, у меня трое. А коль скоро ты пришла в аврорат, знакомься, этот свой дом ты будешь видеть куда чаще, чем тот, родной.
Додошка вскинула ручки вверх, изображая радость от забитого гола.
- Мы чемпи-о-о-оны! Чемпионы же?

+4

13

Эммелинище почесала затылок.
— Дааа... — протянула она. Песенка была допета абсолютно верно, и не то чтобы Вэнсище сомневалась в том, что так и произойдёт, всё равно не смогла сдержать удивления. Это, получается, у них сейчас кофе сидит попивает не девочка, а самый что ни на есть золотой самородок. Клад, так сказать. Большой приз для маленькой такой компании, и для неё же большой такой секрет.
— Согласна. Берём на полное и безоговорочное воспитание, — согласилась Вэнс. — Тут это не то чтобы принято, но мы договоримся. В конце концов, и такие курсанты, как ты, нам попадаются нечасто... Тут подход нужен!
Вэнс подняла палец вверх, демонстрируя свою полувековую почти что (десять лет, конечно, вечность ещё целая, но можно и преувеличить) мудрость. В конце концов, Эстер могла помочь им в некоторых загадках, даже особо не будучи вовлечена в дело: по полям и лугам они с Додошкой и сами побегать могут, а вот помощь так сказать изнутри черепной коробки преступников им бы не помешала. Пусть даже это не всегда будет самым честным способом, главное сделать дело хорошо. Да и не совсем уж это и жульничество!
— А ты, кстати, может мою Джуди и знаешь, она закончила в этом году Гриффиндор, — поделилась Эммелина. Окончание школы младшей было бы событием огромнейшего масштаба, если бы в школе не учились ещё двое детишек. Конечно, и племянников, и родных дочерей Эмма с мужем опекали одинаково: чужих детей вообще не бывает, если уж на то пошло. Поэтому ещё нескоро Вэнсищу предстоит сказать бодрое: "Ну наконец-то отстрелялась! Теперь я не мать школьников!": самая младшая Сью только-только поступила на первый курс.
— Чемпионы, мой дорогой друг, — подтвердила Эммелина, ещё не зная, что через какой-то там годик магглы прославятся этой самой цитатой великих людей в чуть урезанном варианте. — Предлагаю быстренько запить это дело остатками кофе и прочитать небольшую инструкцию по технике безопасности. Так вот...
Эммище одним глотком осушила остатки и довольно хлопнула ею об столешницу.
— ...с Муди шутки пока не шути. Ты научишься потом, а пока ещё рано тебе, он мужик у нас опасный. Пэ Бэ! — она отсалютовала девочкам. — Но если что, зови нас, мы тебе поможем. Еда у нас в штабе общая, но у нас тут в кабинетике вкуснее. Можешь таскать с нашего стола, что тебе нравится, и кофе варить. Если будешь варить на всех, мы тебя зацелуем на месте. Если разведёшь из пакетика, тоже ничего, это стандартная практика.
Потому что если у кого есть время варить кофе, тот не работает в аврорате.
— Занятия не прогуливай, там много чему умному научат, мы скорее так, твой пропуск в мир большой преступности. Не то чтобы это почётно... Слушай, Додош, — Эммелина быстро перевела взгляд на подружайку, — а нам можно Эстер с собой на дела брать? Не только же лекции читать будем.

+4

14

Признаться, Эстер в очередной раз растерялась. Улыбка на чужом лице потухла так резко, что она едва не бросилась оправдываться, чувствуя как - в очередной раз - накатывает отчаяние. Не специально, не виновата, не будет никуда лезть без спроса, правда, да и чужие тайны хранить умеет надежней могилы, тем более что тайны эти самой не нужны. А сказала так потому что хотела по-честному, сразу - лучше если люди, с которыми предстоит работать, узнают сразу и от нее, чем от тех больших дядь, которые ее сюда направили.

- Да я и не собиралась прогуливать. Многому из практики нужно научиться. Моя двоюродная бабушка была аврором, она меня немного подтягивает, когда может, но у меня пока плохо получаются атакующие заклинания... да и защитные тоже, на самом деле. Не хочу быть обузой.   
Вдох-выдох. Хватит нервничать. И ногами нечего болтать. Стеснительность - это нормально, тем более с непривычки. Трудно принять с полной отдачей то, что аж две женщины подряжаются в штатные мамы, когда о родной-то матери почти ничего не помнишь. Нужно просто пообвыкнуть.

Джуди Вэнс - это примелькавшееся лицо с Гриффиндора, с которым они вместе срезали увядшие стебли с абиссинских смоковниц и как-то возили в оранжереи тачки с перегноем, когда профессор Стебль оставила их после урока за болтовню на занятии. Тогда тачка неудачно вписалась в стеклянный сегмент стены, и каждая получила минус двадцать пять очков сверх положенных часов отработки, что назвается, ручным трудом.

Эстер неопределенно покачала головой.
- Да, но мы общались только на травологии до шестого курса, а потом было мало совместных занятий. Я не то, чтобы особенно общительная, так что...
Деликатнее некуда. Ну сходу же так не скажешь "у меня особо не было друзей, потому что половину курса считала, что я с прибабахом, а вторая половина использовала в качестве консультанта в личной жизни". Ну и сборищ типа квиддичных матчей и факультетских вечеринок Эстер молчаливо не одобряла, так как не любила шум. Были, конечно, просто контактные ребята без крамольных мыслей на закорках сознания, такие, как О'Шенахан, которому она помогала подтягивать зелья до самого его выпуска. Но выпуск этот случился аж два года назад, а с ровесниками контакт на протяжении всех семи лет в школе упорно не желал налаживаться. Был еще Клуб Слизней, конечно, но социализацией это подпирание стенки назвать не получается.

Нет, гриффиндорцы ребята хорошие. И гонять с холма тачки с перегноем с ними бывает весело. Вообще все хорошие, даже слизеринцы, что бы там ни говорили об этом факультете. Только это не особо помогало.

- Брать меня на задания? Уже сейчас? - Голдштейн удивленно подняла брови, - В смысле, я бы хотела. Если можно... Только если не буду мешать.

Хотелось, еще как хотелось. И не потому, что Эстер не хотелось заполнять отчеты и отвечать на служебные записки все два первых года стажа, нет-нет. Она была вовсе не против канцелярской работы: она помогает отвлечься и отключить голову до состояния ментальной нирваны, совсем как вязание или другая работа, требующая усидчивости и применения мелкой моторики. Эстер хотела быть полезной. И, как любят говорить герои сказок "Возьмите меня - я вам пригожусь!".
И теперь до посинения будет отрабатывать эти чертовы щитовые чары. Да и все, что задали подтянуть на прошлой неделе вместе с ними. Правда-правда. Быть мертвым грузом, тем более на такой ответственной работе - не комильфо, раз уж взяли в аврорат, нужно больше практики.

+3

15

- Так ты ж тогда и Элли знаешь! - дошло, наконец-то, до верхнего мозга Доркас. Ну конечно! Её дочка, до того, как махнуть мамуле и папуле белым платочком и свинтить в Ирландию со своим мужиком, училась на факультете Гриффиндор, как и родственники. О, эти тонны школьных писем от профессорского состава! Элли взорвала унитаз, Элли была замечена за подбрасыванием семян какого-то дикого растения в слизеринские портфели, Элли возглавила комнатную революцию и выкинула однокурсницу в мусорку, потому что мисс N. отказалась давать одноклассницам шпоры перед контрольной... - Элли Медоуз, зачинщица школьных беспорядков, малолетняя революционерка с замашками Аугусто Пиночета, когда её не слушались бармалеи с первого раза. Вся в меня.
Кто такой Пиночет, наверное, Эстер всё-таки не знала. А вот Доркас любила международные сводки новостей по телевизору, зная, что происходит в данный конкретный момент даже в Латинской Америке. Эта привычка засела в ней давно, ещё когда она, будучи малышкой, произрастала в семье британских дипломатов в Германии, и папулик приговаривал, что, мол, кто владеет информацией - и далее по тексту. Ну ещё бы, он Черчилля лично за руку держал!
- Вэнс, ты права, как никогда. Голдштейн, ты тоже права, как никогда. Уже сейчас, вот даже на неделе. В пятницу. Я теперь спецом все допросы и выезды по расписанию буду на пятницу расписывать! Это ж прикинь, как круто-то! Практика никому ещё не мешала, у нас тут сурьёзно всё, - пояснила Додошенька юному рыцарю Подоконника вместо Стола, снова улыбаясь во весь рот.
- Ла-ла-ла-ла-ла, ла-ла-ла-ла, - запела она, двигая бёдрами в такт (предварительно, конечно, подняв эти самые бёдра с дивана). - Палочки в руки - и на передовую! Мамулечка не даст в обиду, а ты учись давать пинка тем, кого мамулечка не заметит!
Медоуз ничтоже сумняшеся полезла к Эстер обниматься. Ну, а чего бы и не обнять приятного человека на новом месте? Она ж не Муди, чтоб сразу проклинать!

+3

16

— Научишься, — подбодрила девочку Вэнс. — Я вон знаешь какая неумёха на стажировку пришла? Ещё и после двух детей сразу, без передыху. Я не то что палочку, я глаза-то на цели сфокусировать не могла.
Эммелина скорчила рожицу, чтобы явно продемонстрировать, какая она была совсем отсталая и что два декрета сразу — это тебе не просто так, а очень даже серьёзно и лучше не повторять такие трюки, если ты не профессионал.
— Так что научат там тебя всему. И мы поможем с Додошкой. Палочкой махать я уже научилась, если что, — на всякий случай пояснила она, решив, что нужно сгладить предыдущее впечатление о своём неумении и физиономии. Сейчас-то у неё не было двух декретов! Хотя двое не взрослых детей всё равно есть.
На остальную часть вопросов ответила Доркас, и Эммелина с удовлетворением заметила, что Эстер самой не терпится выйти на полевую работу. А то как же! Ещё бы! Всем не терпится, да не у всех получается попасть к таким классным наставницам, как они с Додо. В конце концов, случай был не рядовой, но им всем должно было понравиться. Эммелина прямо чувствовала запах времени приключений!
— Ну что, ещё вопросы есть? Или будем, — она хотела сказать "спать", но не сказала, — дальше кофе пить? Мне тут надо отчёты дописать про то, как я по полям и лугам скакала. Не то чтобы это интересно, но у нас тут любят бумажки.
Вэнс поднялась с места на диванчике и плюхнулась на место на стульчике за столом, пошевелив бумажками, мол, дада, тут у нас без бумажки ты не то что букашка, а очень даже злое плохое слово на букву гэ.
Чашку, которую она приволокла с собой, она решила не возвращать, а оставить на память. В конце концов, теперь новому члену их женского коллектива понадобится своя: авось пригодится? Откуда ж она будет кофеёк попивать? Можно на ней пририсовать усы и хвост, а ещё звёздочку за каждый правильный ответ... На чашке, то есть, не на Эстер.
— Обнимашки! — такого Вэнс пропустить не могла, поэтому тоже полезла обниматься. Позабыв, что вроде как хотела посидеть и вообще она самый старый и больной в мире человек. Потому что обнимашки — это святое.

+2

17

...Обнимашки было внаглую прерваны забористым английским матом, щедро сдобренным скрипучим голосом и восхитительным непередаваемым тембром Муди, который уже возглавлял опергруппу, в которую входили группы, в которые входили боевые двойки - и так далее, да будет благословенна британская чопорность и британское же стремление к упорядочиванию даже авроратского хаоса.
- Муди, - философски заметила Доркас, нехотя разрывая непорочный круг мимиминимальных няшностей, которые женщины могли себе позволить на сложной и опасной работе. - Вы тоже слышали, куда именно нам засунут дракклово жало, если мы не раскроем двадцать дел в ближайшие полчаса?
Женщина тоскливо вздохнула, допила свой кофе - да и поставила чашку с пустым френч-прессом на свой стол. Пришло время отправиться отчитаться, попросить до обеда поспать, а потом вернуться и снова отчитаться, что происходит в темнушной части магической Британии.
- Ладно. Эм, пошли к Мудику. Ей-Богу, не прекратит визжать - назову Мудиком наш кусачий кактус на шкафу. Эстер, ты за главную. В том шкафу - бесчисленные папки дел, они перепутаны. Задание: в этом... Месяце, да, в этом месяце разложить их по датам. "Висяки" - на верхнюю полку, текущее - на среднюю, закрытое - на нижнюю, потом в архив оттащи-и-и-и-м!...
И Доркас утащила Эммелину на ковёр к сильно недовольному чем-то начальству.
Впрочем, ничего нового.

0


Вы здесь » Marauder's Map: What you always wanted to know about 1976 » История игры » 4.10.1976: A myth about nine-to-five


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC